БЛОГ / ФАРМКОМПАНИЯМ
Если люди знают, что в аптеке работает настоящий профессионал, они будут ходить к нему с другого конца города.
Виктория Андосова
Основатель и генеральный директор ФармХаб/ платформы Matchflow
20 лет опыта в качестве со-основателя, акционера и менеджера на различных операционных и руководящих позициях в фармацевтическом ритейле, в том числе занимала должность исполнительного директора ОАО «Московская аптека», являлась владельцем и директором сети аптек, расположенных в Москве и Московской области.
Виктория закончила международно-правовой факультет МГИМО, имеет степень MBA с отличием в CASS Business School University of London.
Виктория, я знаю, что впервые в аптеке «за первым столом» ты оказалась в юном возрасте. Могла бы ты рассказать об этом подробнее, пожалуйста?
— Да, все так и было. Я из семьи аптекарей. Мой папа был заслуженным провизором России. И с раннего детства я всегда находилась где-то в аптеке. Сначала в аптеке на Войковской (на ул. Зои Космодемьянской, прим. редактора) – такая была большая аптека на несколько этажей, там я бегала. Это была производственная аптека. Я смотрела, как изготавливают лекарства, как их фасуют вручную, и тоже в этом пыталась участвовать. Это мне запомнилось на всю жизнь. Потом папа был командирован в Эфиопию. Там он возглавлял лекарственное обеспечение центральной аптеки, которая снабжала лекарствами госпитали. В 1999 году мы вернулись из Эфиопии в Россию, и папа открыл уже свою частную аптеку на улице Московская, в городе Химки. А в 2002 году, к сожалению, папы не стало, и я продолжила его дело. На тот момент у папы уже было две аптеки в Химках.

— Сколько тебе было лет, когда ты возглавила аптеки?
— 19 лет. Я училась в институте. Нужно было как-то кормить себя, семью, поэтому я стала заниматься ведением аптек. У меня было очень внезапное и быстрое погружение в рабочий опыт. Причем сразу с наделением меня большим объемом рабочих полномочий. Были вещи мега стрессовые, потому что я не могла понять, как это должно выглядеть. Понимаешь, я вообще не была к этому никак не подготовлена. У меня все сразу началось не с теории, а с практики.

Но где-то через год у меня уже появилось понимание и желание открывать новые аптеки, в том числе, чтобы чувствовать себя стабильнее. Еще учась в институте, я открыла третью аптеку на улице Юбилейная в Новых Химках. И далее мы с моей подружкой открыли несколько аптечных мини-пунктов площадью по 50 метров в других городах: в Чехове, в Щелково, в Егорьевске. Так начала расти моя аптечная сеть.
У папы была коммерческая аптека. При этом в его аптеках был перерыв на обед с 13 до 14. Папа считал это правильным, потому что фармацевты, консультируя покупателей, должны отдыхать. Они обязательно должны отдохнуть, чтобы дальше были силы хорошо работать.
Много у тебя было аптек?
— Ну, мы что-то открывали, что-то закрывали. В моменте достигало 10 активных точек.
— В 19 лет ты возглавила аптеки. Причем, как ты сама говоришь, сразу «начала не с теории, а с практики». Получается, что ты сначала со стороны, а потом уже и изнутри, увидела роль каждого сотрудника аптеки? Расскажи, пожалуйста, об этом подробнее.

— Хорошо, что в аптеках, с которых я начинала и которые выстроил папа, был собран мега профессиональный коллектив. В нашу аптеку шли за прямой консультацией, как к доктору, и это было настоящее консультирование. У нас работали провизоры и фармацевты с 20-летним стажем, некоторые даже с 30-летним. Папа был профессионал своего дела. Он не мог допустить, чтобы в аптеке, как сейчас принято, работали консультанты с неоконченным фармацевтическим образованием или даже без фармацевтического образования.

Работа аптеки во многом строится на компетенции и профессионализме работников «первого стола»
— Если вернуться к твоему вопросу, я так отвечу. Конечно, очень важно, чтобы весь коллектив был профессионален – каждый сотрудник играет свою, очень важную, роль. Консультирование, отпуск лекарственных препаратов, фармпорядок, снабжение аптеки лекарствами, ценообразование, знание аналогов лекарственных препаратов в рамках международного непатентованного наименования, правильное хранение лекарств, корректное ведение всей документации – это все очень важно. Если у заведующей хорошие лидерские качества, то и коллектив будет выстраиваться в хорошую работу. Но, в принципе, в работе аптеки очень многое строится исключительно на компетенции и профессионализме работников «первого стола» – фармацевтов и провизоров.

— А насколько сегодня эта профессия ценится? Покупателями, коллегами по фармацевтическому «цеху», фармацевтическими компаниями?

— Я думаю, что каждый фармацевт или провизор с трепетом относится к своей профессии. Они пришли туда не просто так. Они пришли разбираться в достаточно сложной сфере. Мой папа окончил Фармацевтическую Академию в Пятигорске, и он всегда говорил: «Я изучал семь химий». Представляешь, 7 видов химий изучают в ФармАкадемии, как и все остальные предметы! Это очень сложное образование. И, конечно же, каждый выпускник фармацевтического ВУЗа или училища проходит серьезную, мощную подготовку – там вряд ли есть «халявщики». Это точная наука, в которой надо глубоко разбираться. Наверное, многие из фармацевтов подтвердят, что с массовым развитием и открытием аптечных сетей случилась нехватка кадров. Случились перекосы, когда консультантов - непрофессионалов ставят за первый стол. И, к сожалению, отношение к ним… оно где-то было утеряно. Поэтому и у покупателей стало складываться другое отношение в отличие от того, которое было в 90-х, 2000-х годах, когда папа, в том числе, открывал первую аптеку в Химках.

Продать лекарство – это целая ответственность. Это ответственность за жизнь и здоровье человека
— Очень часто фармацевты обижаются, когда их работу сводят просто к продажам. Продать творог, колбасу и хлеб проще. Мы все приблизительно знаем, что покупаем. Но продать лекарство – это целая ответственность. Это ответственность за жизнь и здоровье человека. Это совершенно несопоставимые вещи.

Интересный пример с Турцией. Там аптеку может открыть только провизор – человек с высшим фармацевтическим образованием. И только одну. И только на себя. Там нет сетевых аптек вообще. В том числе и потому, что нельзя взять диплом провизора, как у нас делается, и наоткрывать на него кучу других аптек. В Турции были попытки развить сетевую фармрозницу, как у нас. Но пока эти идеи встретили сильное сопротивление, потому что люди боятся потерять вот это качество: настоящую профессиональную консультацию, настоящего провизора, ощущение уверенности, когда ты приходишь в аптеку и понимаешь, что там работает профессионал. У нас немного по-другому система выстроилась, и это боль. Боль каждого фармацевта и провизора – в том, что его работу в аптеке можно оценить как просто продажу лекарств.
Если маркетинг экологичный – это окей, но если маркетинг неэкологичный, то это не окей. Это идет вразрез и с совестью, и с предназначением фармацевта, его миссией.

— И эта предвзятая оценка, она не только со стороны покупателя, но и изнутри может идти. В сетевых структурах, в крупных аптечных сетях, например, есть регламенты, по которым работают фармацевты и провизоры. И эти регламенты усекают работу провизоров и фармацевтов до такой степени, что они не всегда могут действительно качественно проконсультировать, потому что они сдавлены рамками ассортиментной матрицы или приоритетными рекомендациями – т.е. по сути маркетингом. Если маркетинг экологичный – это окей, но если маркетинг неэкологичный, то это не окей. Это идет вразрез и с совестью, и с предназначением фармацевта, его миссией. Тем не менее, не хочу сгущать краски, потому что, если люди знают, что в какой-то аптеке есть действительно настоящий профессионал, они всегда туда придут и будут ходить к нему. И это основная выручка, которую будет делать аптека, и все будут рады. И собственник будет рад. Поэтому если говорить про небольшую, неконсолидированную розницу, я думаю, что любой собственник аптеки будет ценить и держаться за настоящих фармацевтов, провизоров, понимая, как от них зависит весь покупательский поток. Можно прийти с другого конца города в эту аптеку только потому, что меня действительно круто проконсультируют и мне дадут, посоветуют именно то, что мне надо. Неискренность всегда чувствуется. Когда тебе втюхивают, впаривают… Мы же все люди, мы же это ощущаем и понимаем на уровне запахов и интуиции.
Можно прийти с другого конца города в эту аптеку только потому, что меня действительно круто проконсультируют и мне дадут или посоветуют именно то, что мне надо.
— Что касается фармкомпаний и фармбрендов – это прямо большая какая-то брешь в рынке. Фармацевтические компании продвигают свой бренд, препарат в рынок, используя рекламу по телевизору и проводя маркетинговые активности в аптеках. И в основном самые большие маркетинговые бюджеты распределяются на крупные аптечные сети. Считается, что чем крупнее сеть, тем она более управляема с точки зрения ассортимента, поэтому инвестиции туда в 10 раз больше, чем, например, в мелкие сети или небольшие аптеки, которые самостоятельно даже с фармбрендами не работают.
А в чем брешь?
— В том, что из фокуса внимания выпали самые главные участники всего этого продвижения. Когда в аптеку приходит покупатель, к кому он в первую очередь обращается? К первостольнику. Тогда почему, если какой-то фармбренд выводит на рынок новинку или перевыпускает препарат с улучшенными свойствами, то ценность о своем препарате он доносит до первостольников по остаточному принципу? Если вообще доносит. Фармацевтический рынок растет во всем мире. Вместе с ростом фармрынка растет и маркетинговое продвижение. Растут бюджеты. Но получается так, что работа именно с фармацевтами в России не ведется. Она ведется опосредованно: компании надеются на то, что какая-то аптечная сеть пойдет и сама научит фармацевтов. Да нет, поверьте, у них есть график 2/2 по 12 часов. Задача фармацевта – обслуживать покупателей. Какое там время на обучение? Иногда, конечно, проводится обучения, но, на мой взгляд, по остаточному принципу.

Я с детства, когда заходила в аптеку, кайфовала от запаха лекарств, от запаха аптеки
— Тебе нравилось работать в аптеке? Может быть, что-то особенно вдохновляло?
— Я с детства, когда заходила в аптеку, кайфовала даже от запаха лекарств, от запаха аптеки (смеется). У аптеки есть свой запах внутри, особенно если это помещение хранения лекарств. И эта чистота, порядок в аптеке... Из того, что мне еще нравилось. Я, скажем так, девушка активная, поэтому стала использовать в работе всякие нововведения. Они не всегда нравились коллективу, который был собран папой, но я смотрела на это с точки зрения эффективности работы аптеки. Очень запомнилось, когда мы заказали обучение у компании Катрен для нашего коллектива по работе с возражениями с покупателями – как нужно себя вести, если в аптеке возник какой-то конфликт. В тот момент коллектив очень скептически отнесся к моей идее. У меня был коллектив 50+, и они говорили: «Слушайте, ну мы столько в аптеке работаем, мы все знаем». Но я их убедила, что надо попробовать. И вот у нас были выездные сессии в офис Катрен. Мы несколько недель обучались этапами – сначала одна смена, потом вторая смена – кто в паре стоит. У нас был сильный, сплоченный коллектив, но после этого обучения у нас намного сильнее и укрепились отношения внутри коллектива. Было какое-то общее ощущение расслабления и кайфа. Очень сильно практически сразу же начала расти выручка, процентов на 30%. Довольные и счастливые фармацевты стали еще лучше обслуживать покупателей и сглаживать конфликты. Они стали вставать на сторону конфликтующего, чаще соглашаться. Сейчас все знают об этом , а тогда… На мой коллектив это сильно повлияло.

Никакой средний чек не будет подниматься, если не будет напрямую работы с людьми

— А в конце года, поскольку мы все еще были на подъеме и позитиве, мы придумали маркетинговую акцию для того, чтобы покупатели к нам приходили и за покупки получали купоны. За каждые 300 рублей или 500 рублей – я уже не помню – мы давали купон. И если покупатель собирал 10 купонов, мы делали подарок: косметику, шампуни, погремушки, еще что-то. Прямо выставили подарки в торговый зал. И у нас по этим купонам, я серьезно, такие были благодарные жители домов близлежащих. Приходили и говорили: «Людочка, оставь мне вот этот подарок, пожалуйста, уберите его с полки, я обязательно купонов наберу и этот подарок заберу». И общее какое-то веселье царило. А 30- 31 декабря, когда мы начали раздавать подарки, аптека превратилась в карнавал! Народ очень был доволен. Покупатели уходили мега довольные. Мне тогда понравилось, что внимание к коллективу, который работает с покупателями, дало такой быстрый эффект. Просто вот такое человеческое, адекватное, нормальное отношение к людям первого стола. Я сейчас не наигранно говорю на эту статью, это важно. Понимаешь, я тогда просто прокачала «первый стол», и у нас было хорошо-хорошо, и мы сразу новый уровень выручки взяли.

— А какой-то негативный опыт был?
— Был интересный опыт, да. Я на тот момент уже 10 лет работала в аптеке как директор. Пыталась перенять лучший опыт крупных аптечных сетей и пригласила на работу девушку-методолога, которая разрабатывала нудную документацию в большой сети: регламенты, должностные обязанности, правила трудового распорядка и т.д. И еще пригласила одного парня из маркетинга. И вот они все продумывали, систематизировали и все такое. Мне казалось, что прописанные регламенты – это же так здорово, все будет систематизировано, понятно. Но, знаешь, все это легло под сукно.
Когда фармацевт понимает, что его ценят – он и работает лучше. Без всяких табличек
— Как оказалось, главный эффект давали не регламенты и премии, которые рассчитываются по таблице, а работа с точки зрения воодушевления и оценки профессиональных навыков. Когда фармацевт понимает, что его ценят – он и работает лучше. Без всяких табличек. И оценка профессии происходит, в том числе, благодаря покупателям, которые уходят довольными. Довольный покупатель – довольный фармацевт – это такой взаимоопыляющий процесс. Никакой средний чек не будет подниматься, если не будет напрямую работы с людьми. У федеральных сетей – и это, как мне кажется, один из больших промахов – очень жестко выстроена система мотивации: на показателях по УСТПМ, на выручке, на среднем чеке и так далее. Но если забывать о покупателе…
Если нет консультирования, тогда покупатель просто идет за ценой. А если ты цену не можешь поддержать, и у тебя нет консультирования, ты погибаешь
— Поэтому конкурентное преимущество необязательно в масштабе федеральных сетей. Оно в таких моментах, к которым надо присмотреться и которые обязательно связаны с людьми: с оценкой их профессии, с вниманием к покупателю, который пришел, и ты его действительно правильно проконсультировал. Если ты услышал просьбу и смог заказать необходимое лекарство – да плевать на ассортиментную матрицу. Ты закрыл потребность человека. Поэтому не факт, что федеральные сети, как все сегодня говорят, поглотят рынок. Не факт, что это не испортит качество обслуживания и не надоест покупателю. И не факт, что в районе в итоге среди тысячи федеральных аптек не появятся одна аптека, которая действительно обслужит так, как никто другой не обслужит. И тогда она заберет себе весь трафик. И это произойдет, если в небольшой аптеке будет внимание к фармацевтам. Из моего опыта – мы очень хорошо подняли выручку не за счет прописанных табличек с премиями, как они рассчитываются, а только за счет того, что как-то отнеслись к людям по-людски. Так что вот такой был опыт. Не знаю, негативный это опыт, кстати, или приятный. По факту я помню это как свою победу тогда.

Да, плевать на ассортиментную матрицу. Главное, что ты закрыл потребность человека в лекарстве.

— Тебе аптеки приносили прибыль? Это был рентабельный бизнес?
— Да. У меня в каждой аптеке была выручка больше 5 миллионов в месяц. И когда мои аптеки купила федеральная сеть АВЕ, выручка упала в первый год процентов на 40 – считай, в половину. А потом… это очень была грустная история. Знаешь, даже грустно было проходить мимо этих аптек – было все хуже и хуже. Сначала они подняли цены, потом у них была матрица, потом покупатели не могли ничего себе заказать вне этой матрицы, потом покупатели перестали к ним ходить и пошли за более дешевыми лекарствами в близлежащие аптеки, потому что если нет консультирования, тогда просто идем за ценой. Если ты цену не можешь поддержать и у тебя нет консультирования – ты погибаешь, что и случилось с этой аптекой. Они закрылись через 3 года.

— А почему ты продала аптеки?
— Я начала смотреть, как еще можно выстроить бизнес, как по-другому работать, чтобы не конкурировать с огромными федералами лоб в лоб. Поэтому я поехала учиться в Лондон (у Виктории степень MBA, она с отличием закончила CASS Business School University of London, - прим. редактора). И этот вариант я и нашла. Я смотрела стык IT - фарма. И основная моя мысль была такая. Когда я еще работала в аптеке, начали развиваться маркетинговые вознаграждения аптекам. К нам приходили от дистрибьюторов, приносили списки и говорили: «Если закупите эти препараты, мы вам вернем на них бэк скидку – 3% или 5%». Мы смотрели и думали: «Ну, ладно, интересно» и начинали их заказывать. И потом видели, что через два дня на эти препараты в системе у дистрибьютора в прайс-листе цены упали. Получается, что мы не получили экономического эффекта. И я говорю: «Нет, подождите, а как мы должны оценить то, что нам это выгодно?» И тогда я понимала, что наше программное обеспечение, наша складская система не вывозит анализ этой истории. И мы должны это как-то на коленках, на руках отлавливать и т.д. И поэтому для правильного принятия решений требуется хорошая автоматизация и хорошее аналитическое решение. Вот с этого и начался мой путь в IT в фарме.

В современном мире у тебя максимальный доход только, если твои процессы очень прозрачные
— В современном мире у тебя максимальный доход только, если твои процессы очень прозрачные, а твои решения оцифрованы, взвешены и обоснованы. Пример, который я приводила с бэк-скидкой на маркетинговое продвижение, очень показательный. Мы видели в списке от дистрибьюторов прекрасные препараты с хорошим бонусом, но у нас не было возможности оценить: а какая для них цена адекватная, а какая волатильность этой цены, как она изменяется, а какая она будет завтра, а как это будет учтено в контракте? Или, если мы по сип-ценам смотрим, не перехлестывает ли цена ту скидку, которую мне отдадут потом? Максимизация прибыли аптеки состоит в том, чтобы автоматизировать средства принятия решений – это и складская система, и все, что внутри этой складской системы, как мы все систематизируем, анализируем, видим ежедневно. Поэтому прежде всего, когда почти 9 лет назад я вернулась с обучения и стала создавать IT-продукты, мы начали с системы заказа для аптек, потому что это как раз самая основная моя бол­­­­ь, которую я только что рассказала, и я пыталась ее закрыть.

— Сейчас у тебя своя IT-компания, которая занимается разработкой IT -решений для фармацевтической отрасли. Я правильно понимаю, что свое трогательное отношение к фармацевтам, провизорам, работникам «первого стола» ты сохранила? Расскажи, пожалуйста, подробнее об этом.
— У нас в компании много IT-продуктов как для фармацевтических компаний, так и для аптек. Но к фармацевтам и провизорам у меня действительно особенное отношение. Мы разрабатываем для них один очень фокусный продукт (приложение ФармАссистент, - прим. редактора). Для нас этот проект направлен на то, чтобы переключить фокус внимания фармацевтического рынка на тех, кто непосредственно общается с покупателем и лучше всех должен знать препарат. Мы ведем переговоры с фармбрендами и говорим им о том, что главную ценность своего препарата и знания о нем они должны нести не в телек, не конечному покупателю, не руководителю аптечной сети или маркетологу, а самому главному специалисту в аптеке – фармацевту и провизору. Зная препарат вдоль и поперек, фармацевт будет уверен в продукте, сможет проконсультировать покупателя правильным образом и быть в комфорте с собой и с покупателем.
На этом моменте все вспомнили про покупателя, вспомнили про рекламу и забыли про фармацевта
— В приложении ФармАссистент мы выкладываем максимальную информацию про фармбренду: презентации препаратов, описания, видео-ролики, чтобы в игровой и доступной форме рассказать максимально подробно о препарате. Обязательно выкладываем небольшие тесты, которые должен пройти каждый фармацевт. Если все правильно – есть система балльной мотивации, там дополнительно оценивается и знание продукта. Общие баллы лояльности самые высокие у тех, кто ознакомился с материалом и собрал все знания, которые позволяют ему судить - действительно ли препарат несет какую-то ценность или он "пустышка". И здесь возвращается этичность. Это максимальный win win, оздоровление рынка и возвращение статуса высокого звания профессии фармацевта и провизора в аптеке.
А в чем этичность?
— Во-первых, мы никого не пушим. Через наше приложением фармбренды максимально подробно раскрывают информацию о своих препаратах. Там нет никакого стимулирования. Просто максимально подробная информация о препаратах, в которой нельзя написать то, чего нет. Есть клинические исследования, есть подтвержденные вещи, описания, по которым фармацевт всегда поймет – это действительно стоящий препарат или нет. Если производитель сможет убедить фармацевтов в эффективности, то он и получит максимальный результат. А плохой бренд, после которого, как некоторые рассказывают, покупатели коробками кидаются в фармацевтов, автоматически вымоется из этого процесса.

Потом, мы не пропускаем какое-нибудь фуфло с непонятными свойствами. Такие предложения к нам не заходят. У нас хорошие предложения иностранных и отечественных фармпроизводителей, которые проходят оценку через команду наших независимых провизоров.

Например, компания Солофарм / Гротекс через наше приложение ФармАссистент рассказывали о своих противовирусных средствах и глазных каплях. Они очень сильно обосновывали свою позицию, рассказывали, какой эффект имеют эти капли, почему это капли нового поколения, какие материалы, действующие вещества использовались. У нас было очень много просмотров по этому бренду, и продажи, конечно, выросли.

Плохой фармбренд, которым покупатели кидаются в фармацевтов коробками, вымоется из этого процесса автоматически
— И, в-третьих, в этом Приложении появляется максимальная конкуренция между фармбрендами, которая и рождает этичность фармрынку. Мы все знаем, что «встать на полку» – процесс трудозатратный. А если у тебя хороший продукт, но не разрекламированный, то как тогда поступить? Например, существуют несколько брендов: бренд А – хорошо известный продукт, бренд Б – средненький продукт, бренд В - непонятный продукт, бренд Д – мы вообще про него ничего не знаем, новинка. И все эти ребята заходят в аптеку и говорят: «Продавайте нас». Возникает вопрос: как продавать и как, в принципе, принимаются решения о продвижении фармбренда в аптеке? Наверное, многие скажут: «Ну, кто больше денег даст». Но, на самом деле, это не так. Ты можешь дать хоть 50% всего маркетингового бюджета в аптеку, но покупательской лояльности у этого бренда нет, потому что рекламы не было и, что намного важнее, фармацевт его не знает. На этом моменте все вспомнили про покупателя, вспомнили про рекламу и забыли про фармацевта. Если фармацевт ничего не знает о препарате, я, принимая решение о закупке и продвижении препарата, тем более не буду закупать неизвестный препарат – я не знаю, что это. Но если препарат Д – хорошая новинка, которая поможет покупателям, просто у него нет огромного бюджета на рекламу, – что ж ему делать-то?!

Так вот, чтобы препарату Д – классной новинке – зайти на рынок и «встать на полку», ему нужно в-первую очередь познакомиться с фармацевтом и именно ему рассказать о своем препарате, его свойстве и составе. Тем более если у тебя нет денег на рекламу и масштабную федеральную кампанию. Через наше Приложение у любого хорошего по своим свойствам препарата есть шанс доказать, что он классный, через прямое общение с фармацевтами. Вот этой связки в рынке до сих пор четко не прослеживается.

Успешная работа зависит от вовлеченности сотрудников «первого стола», поэтому мы продукт стараемся постоянно улучшать, слушать обратную связь, готовим различные активности
— А есть уже какие-то положительные кейсы среди фармацевтов?
— Приложение было запущено в тестовом режиме в конце 2022 года. Сейчас в Приложении размещено много информации по разным фармбрендам, и мы продолжаем работать с фармацевтическими компаниями. Чем больше в Приложении будет информации и фармбрендов, тем будет больше бонус для фармавцевтов. Мы смотрим на то, чтобы в перспективе нескольких месяцев каждый фармацевт при активном участии / оценке / работе с брендами сможет получать дополнительно 5-7 тыс. в месяц. А к третьему кварталу до 10 тыс. рублей в месяц.

Опять же, это двусторонняя работа. Она во многом зависит от того, насколько мы хорошо работаем с фармкомпаниями и переключаем их фокус внимания на фармацевтов, а не только на аптеки и рекламу на телевидении. Но успешная работа зависит от вовлеченности сотрудников «первого стола», поэтому мы продукт стараемся постоянно улучшать, слушать обратную связь, готовим различные активности. В ближайшее время планируем провести конкурс среди фармацевтов с большим призом в 100 тысяч рублей.
Мой новый принцип – это баланс между работой и личной жизнью. Для того, чтобы придумывать хорошие идеи, нужно хорошо отдыхать.
— У тебя время на личную жизнь остается?
Смеется. Ну, его мало, но я работаю над собой. У меня двое детей 10 лет и 5 лет. Стараюсь, как минимум, отключаться в выходные. Я сама по себе очень активная натура. У меня хватает времени и на работу, и на семью, и на самообучение – я постоянно чему-то обучаюсь. Я не могу сказать, что у меня все идеально, и я такая идеальная и готова работать 24/7. Нет, конечно. Но мой новый принцип – это баланс между работой и личной жизнью. Для того, чтобы придумывать хорошие идеи, нужно хорошо отдыхать. Не всегда получается следовать этому принципу, честно скажу, все-таки я похожа больше на трудоголика. Но всему свое время, посмотрим.
Я уверена, что наша эффективность будет расти. Она точно будет выше с ФармАссистентом, прямо в разы

— Сейчас твой бизнес приносит тебе прибыль?
— Конечно. За два года мы выплатили порядка 100 млн рублей маркетингового бонуса небольшим аптечным сетям. За последний год наш доход увеличился в 2 раза, потому что мы получили лояльность фармбрендов с точки зрения продвижения. Мы стараемся показывать хорошую эффективность, постоянно улучшаем в этом направлении наши IT-инструменты. И будем улучшать. И я уверена, что наша эффективность будет расти. Она точно будет выше с ФармАссистентом, прямо в разы. Пока наша стратегия дальнейших инвестиций – это вложение в развитие продуктов. Т.е. всю прибыль, что есть, мы дальше инвестируем в развитие, потому что мы очень верим в то, что ФармАссиестент за счет этого обретет свою масштабность в 2023 году и далее.

В 2023 году наш упор – на качество без погони за каким-то бездумным ростом.
— Какие у тебя рабочие планы на этот год, какие цели?
— У нас сейчас порядка 5 тысяч аптек, которые с нами сотрудничают в рамках маркетингового бюджета. Я хочу, чтобы эта цифра дальше выросла не только в количественном плане, но и в качественном. Одна из целей на этот год – максимально завоевать их лояльность, что мы и делаем. Мы хотим, чтобы наши аптеки не морочились и не выбирали где, какие контракты лучше, а были твердо уверены в том, что с ФармХабАссоциацией, с нашими продуктами, они всегда получат максимальные инвестиции. Я прекрасно понимаю, что завоевать лояльность – это самый сложный и дорогой процесс. В 2023 году наш упор – на качество без погони за каким-то бездумным ростом. Это первая цель. Вторая цель – она, наверное, самая фокусная, самая центральная цель – развить сообщество людей, которые могут зарабатывать в нашем продукте, сделать их бренд амбассадорами, развить новую статью маркетингового бюджета, направленную в сторону фармспециалистов. Будет здорово, если мы увидим в этом году 15 тысяч фармацевтов в ФармАссистенте (сейчас ФармАссистент установлен у 2 тысяч фармацевтов, примеч. редактора). Будет больше – хорошо. Но порог в 15 тысяч – это хорошая цель, которой мы сможем гордиться. И чтобы эти 15 тысяч фармацевтов были довольны и зарабатывали дополнительно в среднем по 10 тысяч рублей в месяц. И еще мы смотрим развитие партнерства в Казахстане и Турции. Не буду пока раскрывать подробности, в каком направлении это развитие пойдет, но планы такие есть.
Новый путь нужно делать на любви, позитиве и легкости.
— А в личном плане какие у тебя цели на ближайший год?
— Я сейчас прохожу такой путь… У меня пограничные 40 лет, когда многие начинают задумываться о душе. И меня сейчас серьезно увлекают различные практики работы с мышлением, с сознанием. Они направлены на то, чтобы находиться в балансе. Через наполненность и хорошее настроение всегда все получается. Приходишь на работу наполненная, и сразу хорошие идеи. В новом продукте (речь о ФармАсистенте, прим.редактора), как я считаю, мы ставим хорошую, благородную цель, и, возможно, это именно то, к чему я шла, когда задумывала IT-бизнес. Возможно, переключение фокуса внимания фармрынка на фармацевтов и работа в профессиональном сообществе с профессиональным продвижением фармбрендов – это и есть моя основная миссия, ради которой я начала свой бизнес. А чтобы подойти к этой цели, точно нужно быть в комфорте с собой, выспавшейся, здоровой и позитивной (смеется). Потому что на позитиве, на общем воодушевлении все это будет передаваться людям 100%. Нельзя делать IT-продукт, телеграм-канал или сообщество, если в душе злоба и беспокойство. Новый путь нужно делать на любви, позитиве и легкости. В личном плане хочу в 2023 году добиться легкости: в процессах, в зарабатывании денег и в новом пути. Это то, о чем я часто задумываюсь, и мне очень хочется в эту точку прийти.

  • Мария Леонова
    Шеф-редактор Дайджеста Matchflow

Не упустите ничего важного: подпишитесь на Дайджест Matchflow
Пишем интересно и ёмко, без спама и лишних слов
Еще статьи

    Подписывайтесь на наш Telegram-канал: